В этот вторник Полина выступала на смотре фортепианных отделений музыкальных школ г. Москвы (эвон какое название). Играла прелюдию Баха:

Лежу пузом кверху,
Затем - пузом книзу…
На дачу приехал,
Лелею капризы.

Да, да, я бездельник,
Бессовестный циник,
Я лени подельник,
Я праздности лирик!

К чертям все заботы,
Какая удача:
Я после работы
Приехал на дачу!

Сегодня  в нашем институте (МГГУ им. Шолохова) прошел конкурс патриотической песни, в котором мне довелось выступить. Я, конечно, занимаюсь активно вокалом (у Ирины Александровны Гадаевой), но пока что больших успехов не достигла  с точки зрения наших профессоров. Сегодня спела знаменитую на весь мир “Катюшу”, за что, к своему величайшему удивлению, получила третье место. Радости реально не было предела! Просто поверить не могла. Потому что, как сейчас помню, когда вышла на сцену, горло свело чьей-то неумолимой железной рукой. Выручило лишь дыхание (”Дыши! Дыши! Не покидай меня!”). А так, в общем, костюмчик был хорошенький и движения тоже ничего получились. Покатило на третье место, что в общем, тянет на серьезный семейный праздник.Спасибо за поздравления!

Марина участвовала в конкурсе детской песни с песнями “Я люблю вас, папа с мамой!” и “Первый миг весны”. Песни исполняли Полинка, Настя и Аня. Председателем жюри был Евгений Крылатов, тот самый, да. Девочки выступили хорошо, но в гала-концерт не попали… Репетировать надо было больше.

Надо сказать, что именно детских песен на конкурсе было не так уж и много. В основном - подражание взрослым. Т.е. “детская попса”, “детский джаз” и т.п. Я считаю, что песни Марины в этом смысле были приятным исключением.

Завёл себе отдельный блог об интерактивной литературе. Писать об ИЛ здесь мне показалось немного неуместным - всё-таки этот блог транслируется в Facebook и ЖЖ, и моим друзьям там, думаю, не слишком интересно это моё увлечение. Впрочем, если вы не знакомы с ИЛ, никогда не поздно познакомиться.

Спасибо Олегу (iFiction.Ru) за хостинг блога.

О, я хочу безумно жить:
Всё сущее - увековечить,
Безличное - вочеловечить,
Несбывшееся - воплотить!

Пусть душит жизни сон тяжелый,
Пусть задыхаюсь в этом сне,-
Быть может, юноша весёлый
В грядущем скажет обо мне:

Простим угрюмство - разве это
Сокрытый двигатель его?
Он весь - дитя добра и света,
Он весь - свободы торжество!

5 февраля 1914

Всё началось с того, что я обнаружил в инете книжку “Мыло своими руками”. “О как бывает!” - подумал я. Поделился с Мариной. Она впечатлилась и мы решили попробовать сделать мыло сами, для начала самое простое - из готовой основы. Подыскали рецепт и у нас получилось вот такое лавандово-базиликово-бергамотовое изделие мыловаренной промышленности. Могу сказать, что было прикольно. Марина пробовала мыться - говорит, ощущения неописуемые. Думаем продолжать. Такие дела.

…Всё тлен и прах,
Но есть необходимость
Преобразить в вещественность и зримость
Восторг души, ночующий во мне,
Как ласточка в простреленной стене.

В. Леви

Фёдор Петрович Овечкин очень не любил собак. Вот прямо очень-очень. Бывало идёт домой с работы, из рыбного треста, а навстречу ему бежит какой-нибудь дворовый Тузик или там Шарик. Так Фёдор Петрович остановится как вкопанный, досадливо нахмурится, и пойдёт домой другой дорогой, несобачьей.

Все окрестные собачники эту особенность Фёдора Петровича давно знали, но реагировали на нёё по-разному. Одни относились к этой оказии с пониманием и сами отводили своих кабыздохов в сторонку. Другие, их было меньше, не обращали на пунктик Фёдора Петровича внимания, резонно решая, что пунктик пунктиком, а «мой Пуфик здесь гулять привык». А были и такие, что нарочно поворачивали с собаками навстречу страдальцу, заставляя его сойти с привычного пути и достигнуть милого дома на несколько минут позже.

Никто и не догадывался о причине такой резкой антисобачей неприязни. Сам Фёдор Петрович говорить на эту тему решительно отказывался, поэтому ходило несколько слухов. Одни говорили, что его в детстве покусала собака, вот он их, собак этих, и боится, значит – с самого детства. Другие судачили о том, что, мол, была у Фёдора Петровича любимая собака, овчарка. Что любил он её, овчарку эту, прям без памяти, а когда она (овчарка, а не память) умерла своей собачьей смертью, то не мил стал Фёдору Петровичу белый свет, а горше всего – собаки в нём, так как напоминали они ему о любимой питомице.

И никто и в самых смелых мыслях и представить себе не мог того, что было на самом деле. На самом деле Фёдор Петрович не боялся собак и не грустил о безвременно почившем обожаемом псе. На самом деле Фёдор Петрович сам был собакой!

Дело вышло так. Родился Фёдор Петрович в семье цирковых собак и щенком был наречён Умником за то, что умел лучше всех подкатиться к матери и имел умильный вид. Мать Умника была серьёзным цирковым работником и умела ходить на задних лапах и держать на носу зажжённую свечу. Умник в своих играх старался копировать материнские повадки и, когда выпрашивал кусочки вкусного у хозяина собак, клоуна Пармезана, скоро тоже научился подниматься на задние лапки. Вот так и получилось, что когда Пармезан стал решать, какого из щенков оставить, выбор естественным образом пал на Умника. Остальных щенят клоун поклал в мешок и отнёс неизвестно куда перед самым переездом цирка на новое место (цирк был бродячий).

Умник начал постигать премудрости своей цирковой работы. Сначала он учился, как и мать, ходить на задних лапах и держать свечу. Но потом вдруг обнаружил удивительные способности в счёте, так что Пармезан стал ставить номер «Чудесная собака-арифмометр» и утвердился во мнении, что дал собаке правильную кличку.

Однажды Умник пришёл вместе с клоуном к директору, который в тот момент занимался бухгалтерией цирка. Пока Пармезан разговаривал с директором, пёс внимательнейшим образом рассматривал гроссбух. Вдруг он залаял и указал носом на цифру в записях. Когда разобрались, то выяснилось, что Умник нашёл ошибку в подсчётах. С тех пор он стал помогать директору, который был слаб в устном счёте, проверять бухгалтерские выкладки и высчитывать жалование артистам.

По мере своей работы Умник всё больше и прямее ходил на задних лапах, научился писать и завёл привычку курить трубку. Никто не знал, что он умеет говорить, пока однажды он не подошёл к директору и не сказал тихим голосом, что не хочет больше работать в цирке. Он взял расчёт, выправил себе документы на имя Овечкина Фёдора Павловича и устроился работать бухгалтером в рыбный трест. Со временем получил квартиру.

Одно его угнетало – ему приходилось за сотню метров обходить любую собаку, потому что каждая собака немедленно чувствовала в нём его собачью природу и немедленно начинала страшно завидовать всему, чему Фёдор Петрович добился в жизни. А кусаться он не любил.